Рубрики
Ресурсы
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
Сайт Президента Республики Беларусь
Национальный правовой портал
Былое

20.04.2018

«Столичные амбиции» Могилева

<p>20.04.2018</p>
<p>«Столичные амбиции» Могилева</p>

В апреле 2018 г. исполняется 80 лет со дня выхода в свет партийно- государственного документа, который круто мог бы изменить статус Могилева с областного центра до столичного города. 19 апреля 1938 г. СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли постановление «О городском строительстве в Могилеве в связи с переводом столицы Белорусской ССР».
Как известно, крайне предпочтительно, чтобы столица находилась в географическом центре страны, но таких исключительных геополитических возможностей большинство государств не имеют, отсюда и стремление переноса главного города из периферии в центр. Иногда государство, в котором еще не закончилось формирование государственной территории, долго не может определиться с выбором столицы, иное государство имеет даже две столицы, а в сложной военной обстановке может появиться и столица-дублер. В соседней России столица переносилась из Москвы в Санкт-Петербург и обратно, декабристы в случае успеха готовы были сделать столицей Нижний Новгород.
С Могилевом же историческая судьба обошлась жестоко и «столичные амбиции» уничтожала на корню, но в том, что такие амбиции имели место, сомневаться не приходится. Судите сами, в XVII в. это крупнейший город белорусской части Великого княжества Литовского, уравненный в правах со столичным Вильно, и «столица бунтов в Литве», в XVIII-XIX вв. — центр губернии, равной по площади Греции, в начале XX в. — военная столица России. Образование Советской Социалистической Республики Белоруссии 1 января 1919 г. предоставило Могилеву еще один шанс.
Провозглашенная республика территориально выглядела довольно большой, но в заявленных границах просуществовала чуть больше месяца, а далее по причине желания большевиков спасти Советскую власть в Литве, появился Литбел, но уже без Смоленска, Витебска, Могилева и Гомеля. Затем началась советско-польская война 1919—1920 гг., закончившаяся подписанием Рижского мирного договора 1921 г., по которому Западная Беларусь отходила к Польше, и на момент второго провозглашения ССРБ 31 июля 1920 г. от республики осталось только несколько уездов Минской губернии. В таком виде она существовать не могла, и в 1924 г. ССРБ вернули Витебск и Могилев, а в 1926 г. — Гомель, но этнические и политические границы укрупненной республики все равно не совпадали, к тому же главным городом ССРБ был Минск, а Литбела — Вильно, так что проблема столицы оставалась. Впрочем, сейчас ни для кого не секрет, что большевики были озабочены не национально-государственным определением белорусов, а созданием буферной зоны, призванной отделить великорусский промышленный и пролетарский центр — оплот революции — от прямого столкновения с польской армией и стоящей за ней Антантой.
Но время шло, и ко второй половине 30-х гг. XX в. СССР и его западная республика уже имели ощутимые результаты в области построения социализма. Конституция БССР 1927 г., казалось, навсегда закрепила за Минском статус столичного города. Однако 2 декабря 1937 г. ЦК КП(б) Беларуси и СНК БССР приняли решение просить Москву о переносе столицы БССР из Минска в Могилев. 16 декабря 1937 г. докладная записка с этим решением под грифом «строго секретно» легла на стол Сталину и Молотову. Авторы и инициаторы записки и.о. секретаря ЦК КП(б)Б Волков и председатель СНК БССР Ковалев, недавно занявшие свои посты после громких резонансных дел, сфабрикованных НКВД, надеялись убедить «отца народов» в необходимости такого шага и заодно поселить в нем уверенность в своей преданности. Логика республиканского руководства была убедительной: «Минск находится очень близко от польской границы, расположен в одной крайней западной части БССР, слабо связан железнодорожными и шоссейными магистралями как с центрами Союза, так и, особенно, с районами республики. Это создает большие неудобства в руководстве республикой центральных правительственных учреждений и организаций, создалась большая оторванность от столицы наиболее отдаленных районов… Могилев находится в центре республики, имеет достаточную индустриальную базу, выгодно отличается от Минска в стратегическом отношении и по своим природным условиям имеет большие перспективы для дальнейшего развития».
Как это ни покажется странным, генсек, не любивший когда ему предлагались готовые решения, полностью поддержал идею переноса столицы и не только по причине близости Минска к Польше. Не следует забывать, что в первом советском правительстве Сталин занимал пост народного комиссара по делам национальностей. В отличие от Ленина, глубоко не вникавшего в суть «белорусского вопроса», нарком хорошо знал и политические предпочтения и политическую ориентацию тогдашней белорусской партийной элиты, из которой было сформировано первое правительство республики. Сталин считался ярым врагом местного национализма, в том числе и белорусского, он был категорически против того, чтобы столицей республики, провозглашенной в 1919 г. на западных границах, стал Минск, и настаивал на размещении столичного центра либо в Смоленске, либо в Могилеве. Заняв пост генсека, «вождь всех времен и народов» еще больше укреплялся в этой мысли. Основания для того, чтобы считать Минск центром «националистического охвостья», имелись. С первых же дней существования ССРБ председатель ее первого правительства Д.Жилунович показал такую строптивость, что заставил Сталина с его жесткими назиданиями 1 января 1919 г. не отходить от телеграфного аппарата. Судьба же самого правительства оказалась трагической, мало кто из его первого состава пережил 1937г. В свою очередь, Волков и Ковалев умело подыгрывали генсеку: «Враги народа — троцкисты, бухаринцы, национал-фашисты, шпионы и диверсанты — из бывшего руководства республики сознательно вредили и задерживали развитие города Могилева». Правда, руководство республики отмечало, что перенос столицы обойдется общесоюзному бюджету в 350 млн. руб. (250,25 млн. на 1938 г. и 145 млн. на 1939 г.), но Москва урезала требуемую сумму до 110,5 млн. руб.
17 марта 1938 г. в центральной республиканской прессе появляется постановление СНК БССР «Аб генеральным плане рэканструкцыi горада Магiлёва», а 19 апреля 1938 г. выходит уже общесоюзное постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 508 «О городском строительстве в городе Могилеве в связи с переводом столицы Белорусской ССР». В 1938 г. 1-м секретарем ЦК КП(б)Б становится сталинский выдвиженец П.К. Пономаренко, который ужесточает сроки возведения главных объектов в Могилеве, тем не менее программа городского строительства в 1938 г. была выполнена только на 52%. Начались разносы и последовали оргвыводы, сроки строительства сжались до предела: Дом правительства — к 1декабря 1939 г., два 50-квартирных дома — к 15 июля и к 1 ноября, здание НКВД и жилой дом для чекистов — к 1 августа того же года. Окончательной датой переезда центральных республиканских учреждений, государственного и партийного аппарата БССР из Минска в Могилев был определен ноябрь 1939 г.
Партийные и советские органы Могилева не знали сна и отдыха, ведь в город в срочном порядке должны были переехать Академия наук, университет, Институт физкультуры. Могилевчане пребывали под впечатлением перспективы жить в новой столице в шестиэтажных домах и на широких улицах с троллейбусным и автобусным сообщением, отдыхать в великолепном парке в пойме Днепра с речным вокзалом, учиться в академгородке на Машековке, развлекаться в цирке, театрах и кинотеатрах. Статье А. Иванова «Сацыалiстычны горад», опубликованной в газете «Камунар Магiлёўшчыны» от 12 декабря 1938 г. мог бы позавидовать сам Томмазо Кампанелла с его «Городом солнца», настолько Могилев в силу богатого воображения автора преподносился в качестве образцового столичного центра. Доля истины в этом была, в скором времени весь могилевский частный сектор наряду со старой дореволюционной застройкой исторической части города попадал под бульдозер, бесчисленные валы, балки и овраги нивелировались и переходили в плавные спуски и подъемы, Дубровенка, Струшня и Дебря закатывались в бетон. На их месте было суждено появиться помпезным домам и городским кварталам, подчиненным архитектурному решению сталинского классицизма и конструктивизма.
«Враг внутренний» к этому времени в СССР и БССР был уничтожен, но «внешний» в лице национал-социалистической Германии не дремал, и к концу 30-х гг. в Европе все сильнее разгорался очаг Второй мировой войны. Системы коллективной безопасности против агрессора СССР создать не смог. Великобритания и Франция, не отказываясь от переговоров, прочных обязательств перед СССР брать не хотели, но и Гитлер на два фронта воевать не мог, отсюда и попытка договориться со Сталиным о разделе сфер влияния в Восточной Европе. 23 августа 1939 г. СССР и Германия заключили «Договор о ненападении», к нему прилагался «Дополнительный секретный протокол», который не был предъявлен Верховному Совету для ратификации. В БССР никто, даже П.К.Пономаренко, о секретном протоколе не знал. 2-й пункт этого документа гласил: «В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского Государства, границы сфер интересов Германии и СССР будут приблизительно проходить по линии рек Нарева, Вислы и Сана». 1 сентября 1939 г. Германия напала на Польшу, 17 сентября войска Красной Армии пересекли польскую границу. 28 сентября Берлин и Москва заключили по итогам кампании новый «Договор о дружбе и границах». Западная Белоруссия вошла в состав СССР и БССР, Минск оказался в географическом центре республики. 14 октября 1939 г. на бюро ЦК КП(б)Б первым пунктом утвержденного протокола значилось: «Просить ЦК ВКП(б) пересмотреть решение от 19.IV.1938 г. о переводе столицы из Минска в Могилев, оставив столицей БССР г. Минск».
Борис Сидоренко,
краевед.