Рубрики
Ресурсы
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
Сайт Президента Республики Беларусь
Национальный правовой портал
Былое

15.02.2018

ОТ МОГИЛЕВА ДО БАЛКАН

<p>15.02.2018</p>
<p>ОТ МОГИЛЕВА ДО БАЛКАН</p>

140 лет тому назад — 19 февраля 1878 г. — в местечке Сан-Стефано был подписан мирный договор между Россией и Турцией, который не только подвел итог кровопролитной войне между двумя империями, но и привел к освобождению Болгарии от османского ига.
Казалось бы, какое отношение эти события могли иметь к Могилеву? Оказывается, самое непосредственное. После неудачного антитурецкого восстания 1876 г. в Болгарии и такого же неудачного вмешательства в эти события Сербии сербский князь Милан завалил Александра II телеграммами о помощи, и тот через посла графа Игнатьева пригрозил султану разрывом дипломатических отношений, а затем, когда демарш не возымел действия, 12 апреля 1877 г. последовал «Высочайший манифест» об объявлении Турции войны.

Тост за здоровье императора
В губернском центре на Днепре императорский манифест встретил волну верноподданнических чувств и среди горожан, и среди солдат и офицеров 16-й пехотной дивизии, расквартированной в Могилеве и в Могилевской губернии. Тогда еще мало кто мог предположить, что именно эта дивизия станет одной из самых заметных в турецкой кампании и ее боевой опыт будет впоследствии изучаться европейской военной наукой.
Дивизия, располагавшаяся в Могилеве и губернии, была сведена в две бригады и состояла из четырех полков: Владимирского, Суздальского, Углицкого и Казанского и 16-й артиллерийской бригады. Каждый полк имел в своем составе три батальона и насчитывал 2520 штыков. Вместе с унтер-офицерами и нестроевыми в дивизии числилось 13284 солдата и офицера. Военные вносили заметное оживление в размеренную жизнь губернского города, и если погрузиться в атмосферу того времени, то можно увидеть, что именно к ним было приковано всеобщее внимание. «Город наш, — сообщали «Могилевские губернские ведомости» №37 от 11 мая 1877 г., — не отстал от других городов русских в сочувствии к великому совершающемуся событию. Сочувствие это выразилось особенно при выступлении двух полков — Владимирского и Суздальского, 16-й пехотной дивизии, квартировавших у нас в Могилеве. Давно ожидаемая мобилизация 16-й пехотной дивизии объявлена была 4 апреля, и когда потом еще ранее срока были собраны бессрочно отпускные, то жители охотно разместили их у себя и во время квартирования угощали их чаем и вином. Когда сделалось известие, что войска должны выступать из Могилева с 25 апреля, то городское общество озаботилось, чтобы накануне  выступления угостить их хлебом-солью…На площадях устроены столы с вином и закускою. Начальник губернии, налив первую чарку, провозгласил тост за здоровье Государя Императора. Дружное продолжительное «ура» войск и народа было ответом. Затем начальник дивизии предложил тост в честь начальника губернии и городского общества. Городской голова и представители городских сословий, стоя у столов, радушно угощали войска. В 4 часа пополудни был обед в Могилевском городском собрании. И хозяева, представители городских сословий и военные гости представляли одну дружную семью, одушевленную одним чувством благоговения к Царю-Освободителю, обнажившему меч на защиту угнетенных христиан, братьев наших, одним общим всей России желанием всем жертвовать для торжества правого дела. Тост за здоровье Государя Императора был сопровождаемым неумолкаемым «ура».
С таким же воодушевлением был встречен тост за здоровье августейшего Главнокомандующего действующей армией. При этом начальником губернии послана была его Императорскому Высочеству, Великому князю Николаю Николаевичу Старшему следующая телеграмма: «Кишинев. Его Императорскому Высочеству Главнокомандующему действующей армией. Жители всех сословий города Могилева, испросив благословения Всевышнего на дарование побед русской армии, совместно с провожаемыми ныне войсками 16 пехотной дивизии, провозглашают тост за здоровье Вашего Императорского Высочества». Августейший Главнокомандующий 25 апреля почтил начальника губернии следующим ответом: «Могилев губернский. Начальнику губернии Дембовецкому. Приветствие и добрые пожелания граждан г. Могилева душевно тронули меня. Прошу Вас выразить всем мою сердечную признательность».
 

Под барабанный бой
Весной 1877 г. 16-я пехотная дивизия вместе с остальными войсками форсировала пограничный Дунай и двинулась вглубь Османской империи. Не обошлось и без казусов. Командующего дивизией престарелого Померанцева сильно лягнула лошадь, и воинское подразделение осталось без начальника. Помог случай. В Западном отряде русской армии, куда входила и 16-я дивизия, находился отличившийся в Средней Азии опальный боевой генерал М.Д. Скобелев. Из-за интриг генерал был направлен на войну «для поручений» и никакой воинской части в постоянном ведении не имел. Время от времени он получал в подчинение тот или иной полк 16-й дивизии, но под выполнение конкретной боевой задачи. Так, в сражении под Ловчей в конце августа 1877 г. Скобелев с Казанским полком и другими частями решил исход всего дела, турки лишились двух знамен и потеряли 2200 человек. В конце концов командир 4-го корпуса генерал Зотов настоял на передаче Скобелеву всей 16-й дивизии, и в середине сентября тот стал дивизионным командиром. Назначению предшествовало сражение под Плевной 26—31 августа 1877 г. 29 августа войска молодого генерала овладели «третьим гребнем» турецких позиций, на следующий день отбивали контратаки противника, а в 3 часа сами атаковали турок.
«Ровно в 3 часа дня, — вспоминал участник событий В.И. Немирович-Данченко, — Скобелев двинул вперед Владимирский и Суздальский полки с распущенными знаменами, музыкой и барабанным боем». В критическую минуту сражения генерал лично повел полки в атаку и взял турецкие редуты. Александр II постепенно снял опалу с непокорного храбреца, а наследник престола будущий Александр III к нему «очень смягчился». Между тем и в третий раз Плевну взять не удалось, хотя крепость была прочно блокирована, а 16-я дивизия, понесшая серьезные потери, к 20 ноября выводилась в общий резерв. 28 ноября Плевна пала, но и Скобелевская дивизия, даже пополненная, к 1 декабря насчитывала 171 офицера и 10783 нижних чина. На военном совете было решено всеми высвободившимися наличными силами двинуться через Балканы, спуститься в долину Казанлыка, охватить с обоих флангов Шипку и отрезать турецкие войска от основных сил. Турки в свою очередь надеялись запереть русскую армию в горах и не дать ей спуститься в долины. 27—28 декабря войска Скобелева спустились с южных отрогов гор и вступили в бой. «Кавалерия спустилась вся, — вспоминал участник Шипкинского сражения художник-баталист В.В.Верещагин, — полк московских драгун, полк петербургских улан и 2 полка донцов; из пехоты — стрелковая бригада, болгарское ополчение и все полки 16-й дивизии: Углицкий, Казанский, Суздальский и Владимирский — хорошие полки, знакомые Скобелеву по Плевенским битвам.
 Под музыку с развернутыми знаменами пошли вперед углицкие батальоны, весело отвечая на приветствие генерала… Панютин (командир Углицкого полка) пошел храбро, сохраняя порядок, подошел он к турецким траншеям на близкое расстояние, не стреляя, только по временам приказывая своим людям ложиться… В поддержку угличанам Скобелев послал казанцев, которые должны были ударить левее Панютина в центр турок… Угличане, а за ними и казанцы совершенно выбили неприятеля из траншей редутов, казанцы довершили работу первых. Панютин, взявши в руки знамя, сам вел солдат и, конечно, он своей отвагой в значительной мере решил участь сражения… Было очевидно, что битва выиграна». Битва у деревень Шипка и Шейново закончилась пленением 30-тысячной армии Вессель-паши, потери 16-й дивизии составили 1700 человек. 8 января 1878 г. полки 16-й дивизии заняли Адрианополь — ключевой пункт на пути к Стамбулу.
После разгрома турок под Шейново война, в сущности, была окончена, и султан в январе запросил мира. Скобелев возвратился в Россию в апреле 1879 г. уже в чине корпусного генерала, корпус которого разместился в Витебске, Могилеве и Бобруйске. Через три месяца в губернский центр стали прибывать полки 16-й дивизии.
 

Торжественная встреча
«В Могилев возвратились несколько лет квартировавшие здесь Владимирский и Суздальский полки, — сообщали «Могилевские губернские ведомости» №58 от 4 июля 1879 г. — Как два года назад, Могилевское городское общество с сердечными благожеланиями провожало эти полки на войну, так и теперь, при возвращении их с театра вой­ны, оно приготовило дорогим гостям торжественную встречу. 29 июня, в день, назначенный для вступления в город Владимирского полка, городские ворота, в которые должен был входить полк, были украшены флагами, зеленью и цветами. К полудню, когда ожидали прибытие полка, собрались у ворот тысячи народа с цветами в руках, многие привезли цветов целые корзины… По окончанию молебствия Городской голова в сопровождении членов Городской управы и гласных Думы поднес вступающему полку образ Спасителя и хлеб-соль, причем сказал: «Могилевское городское общество, приветствуя возвращение Владимирского полка, поздравляет с одержанными над неприятелем победами, достигнутыми истинно геройскими подвигами. В память же сегодняшнего дня прими же этот образ Христа-Спасителя, как выражение искренне добрых наших вам пожеланий, и не откажитесь от нашего скромного угощения хлебом-солью. Потом г. начальник губернии провозгласил тост за здоровье Государя Императора. Единодушное несмолкаемое «ура» полка и публики было ответом. Затем предложены были тосты: командиром вступающей бригады в честь г. начальника губернии, Городским головою в честь возвращающегося Владимирского полка, командиром полка в честь городского общества, и нижние чины приглашены были к закуске, расставленной на отдельных столах для каждой роты полка. Такой же торжественный прием сделан был 2 июля и Суздальскому полку. Для офицеров обоих полков городское общество дает обед в зале Могилевского собрания».
Воины 16-й пехотной дивизии вернулись в Могилев из далекой Болгарии, где оставили добрую память о себе и многих погибших товарищей. Сегодня в Болгарии, несмотря на все перипетии межгосударственных отношений с Россией и Беларусью, подвиги 16-й дивизии увековечены в мраморе и бронзе многочисленных памятников на местах бывших боев, тогда как, к  большому сожалению, до сих пор в Могилеве не нашлось места даже для небольшой мемориальной плиты в честь славных воинов.
Борис Сидоренко,
краевед.