Рубрики
Ресурсы
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
Сайт Президента Республики Беларусь
Национальный правовой портал
Былое

7/12/2017

Быховские «сидельцы»

Это капитально отремонтированное на средства местного лесхоза старинное двухэтажное быховское здание, в котором располагается его офис, сегодня не узнать. Новостройка, да и только.
Между тем оно стало составной частью, известной даже по школьным учебникам, и не одним лишь белорусским, тюремного заключения и последующего освобождения из него так называемых «царских генералов» — Лавра Корнилова, Антона Деникина, Сергея Маркова, Александра Лукомского, Ивана Романовского и других военачальников.

Арестанты
Поводом для их ареста Временным правительством и направления в Быховскую тюрьму, размещавшуюся в бывшем здании местной женской гимназии, стало намерение ввода армейского соединения в Петроград. Якобы для усмирения бунтовавших горожан и наведения порядка в городе.
Так, во всяком случае, звучала одна из основных версий причины содержания «бунтарей» под стражей. На самом же деле захватившие власть во главе с Александром Керенским в бывшей Российской империи опасались своего свержения с появлением в ее столице даже одной крупной и боеспособной воинской части. Поэтому и причислили недавнего Верховного Главнокомандующего русской армией Льва Корнилова к «мятежникам». А вместе с ним и более 30 других высоких армейских чинов, в одночасье оказавшихся в «заговорщиках» и арестантах.
Этому историческому событию и посвящена выходящая из печати книга директора Быховского историко-краеведческого музея Сергея Жижияна «Быховские «сидельцы». Взгляд из Быхова».

Тюрьма
Почему «сидельцы»? В первую очередь, из-за достаточно вольготного содержания «мятежников» в заключении.
— Нам известна лишь казенная сухая информация об их пребывании в течение осени 1917 года в Быховской тюрьме, — рассказывает автор. — Бытовые его подробности в ней отсутствуют. Между тем из воспоминаний, оставленных непосредственными участниками тех столетней давности событий, можно узнать многие небезынтересные детали.
В частности, у генералов был собственный повар, даже водочка им поставлялась. Видимо, чтоб не скучали под стражей.
Нести ее, кстати, была  отряжена рота георгиевских кавалеров. Но охранялись они еще и целым полком – сформированным в Туркменистане Текинским конным русской армии.
Негласно, но надежно. Ведь текинцы были верны своему вчерашнему Верховному Главнокомандующему Корнилову. Поэтому, стремясь предотвратить возможные покушения на него, они и последовали за ним в Быхов.
Вероятность таких попыток была прежде всего со стороны многочисленных дезертиров из фронтовых армейских частей, с оружием в руках оказывавшихся в Быхове и выражавших свое недовольство положением дел в разваливающейся империи. На этот случай и были всегда начеку текинцы, разместившиеся неподалеку от тюрьмы…
Но пребывание в ней золотопогонных арестантов было до поры, по сути, безмятежным. Возможно, поэтому некоторые из них искали приключения на свою голову. В том числе и амурные. Приписываются они и самому Корнилову, будто бы не на шутку увлекшемуся местной красавицей.
Весть об этом распространилась даже в городской среде. Но подлинна ли она, неизвестно. Зато неоспоримым фактом является пребывание в Быхове жен «мятежников», приехавших вслед за ними в город и снимавших квартиры во время продолжительного тюремного заключения мужей.

Детализация времени
Детализированы в книге и многие другие временные события, связанные с тем громким историческим событием. Не только бытового плана.
В частности, выясняется, что уже в то время в Могилевской губернии были построены своего рода скоростные автомагистрали. На легковом автомобиле из Могилева до того же Быхова можно было домчать менее чем за час. Причем, по воспоминаниям современников, автомашина нередко была заполнена не только пассажирами, но и различным оружием. В том числе взрывным.
В самом же Быхове польскую речь тогда можно было услышать едва ли не чаще чем русскую и белорусскую. Ведь здесь располагались недавно сформированные части 1-го корпуса польских легионеров под командованием генерала Юзефа Довбор-Мусницкого. Основными его подразделениями были три пехотные дивизии, тяжелая артиллерия и конница.
Но в памяти местных жителей осталось все же больше эпизодов, связанных с размещением другой армейской конной части — Текинского полка. И из-за нанесенного им ущерба городскому имуществу – подковами конников была практически разбита деревянная брусчатка возле Быховского замка, где они останавливались на постой. И по причине колоритности, приверженности национальным традициям в еде даже на службе. Например, специально для текинцев в город было доставлено стадо баранов. Блюда из баранины готовились на открытом воздухе – на разжигаемых на днепровском лугу кострах.        

Освобождение
Как известно, ситуация в бывшей империи в корне изменилась в начале ноября (по новому стилю) 1917 года. Тем самым предопределился и исход сидения вчерашних высокопоставленных воинских чинов в Быховской тюрьме. Даже Текинский полк уже не мог противостоять гораздо более существенной, чем дезертирская, опасности их жизни.
Однако в приписываемые им многочисленными псевдоисторическими версиями бега никто из арестантов не пустился. Все они были освобождены приказами исполнявшего обязанности Верховного Главнокомандующего русской армией генерала Николая Духонина.
Первыми в конце ноября на свободу вышли около 30 военачальников-«мятежников», не входивших в ближайшее окружение Лавра Корнилова. Под стражей остались только пять вышеназванных генералов. Приказ об их освобождении был подписан Духониным в первых числах декабря незадолго до отстранения от должности новой большевистской властью.
Покидали тюремные «застенки» практически все из будущих лидеров белого движения на юге России инкогнито и поодиночке. К примеру, Деникин выехал из Быхова в форме хорунжего польской армии. Снабжен он был и соответствующим фальшивым документом, выданным в штабе польского корпуса.
Генерал Марков вообще «приоделся» в обмундирование денщика и, попав в поезд, вел там политическую пропаганду, провозглашая революционные лозунги.
Солдатский мундир был и на Романовском. Лукомский также выбирался из Быхова в шпионских традициях. Уйдя из тюрьмы, он дошел до местного рынка, нанял там извозчика и доехал до железнодорожной станции Барколабово (уже несуществующей). Помолившись в тамошнем монастыре, попросил помощи в располагавшемся в Барколабово польском штабе для покупки билета.
Корнилов же перед тем как покинуть Быхов построил своих охранников, поблагодарил за службу, вручил некоторым из них денежные награды и лишь затем ускакал в сопровождении верных текинцев…
— Толком не исследованной, — считает Жижиян, — остается история таких событий. История деталей. Поэтому и взялся несколько лет назад за работу в архивах, читал и воспоминания участников знакового события, касающегося нашего города. Ведь тем, по-моему, оно и интересно современникам.
Детализируют его, конечно, и многие экспонаты районного историко-краеведческого музея. Здешние музейные залы, к слову, экспонируют уже около тысячи различных предметов, характеризующих историю Быховщины.
Михаил ХАЛАМОВ.