Рубрики
Ресурсы
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
Сайт Президента Республики Беларусь
Национальный правовой портал
Особый взгляд

30.03.2017

ЖЕНИХ БОБРУЙСКОГО «РАЗЛИВА»

Бывает, что и в небольшом городке орбиты редко пересекаются. Вот как с одной из моих одноклассниц. Поэтому при встрече обрадовался. Види-мо, и она тоже. После обязательных знаков приветствия расставаться не спешила. Да и в самом деле: почему бы не поделиться накопившейся информацией. Базовой новостью оказалось та, что была связана с замужеством внучки. Почему-то красной строкой решила подчеркнуть бобруйскую прописку молодожена.
«Так она сейчас бобруйчанка? — несколько по инерции интересуюсь у однокашницы. Меня устроил бы любой адрес пары. «Решили сюда переехать…»
«А почему бы и нет», — как-то патриотически подумалось мне. В конце концов, места под солнцем ищут не только на пляже. Вполне благополучно можно осуществить супружеский маневр и в нашей пошехонии.   
И тут память услужливо «выдала на гора» из житейской копилки кое-что похожее. В частности, тот давний эпизод, когда у соседей в качестве жениха явился статный мужик из того же славного города. Помнится, имел он на голове шикарный головной убор. На ногах модные белые замшевые сапоги с узорчатыми кожаными разводами. По тем временам самая репрезентативная модель. Видимо, и поэтому тоже многие в местечке говорили: «Тамару озолотило!..»
Имелась в виду та самая Тамара, которую как раз и «вычислил» рыжекудрый Семен.
Жениховский статус его заметно повышался из-за наличия во рту пары золотых зубов. При тогдашнем уровне местечковой стоматологии это производило неплохое впечатление.
Устроили новоприобретенного родственника не в производственной сфере. Не для того он делал адресную рокировку, чтобы прозябать на низших ступеньках социальной лестницы. Так называемый поселковцами «железный» магазин  вполне удовлетворил его скромные запросы. На самом деле он был мебельно-хозяйственным. Но бытовых железяк там и в самом деле хватало. Отсюда и прицельная корректировка в сторону одного из металлов периодической таблицы Менделеева.
Когда рослый, вальяжный Семен громадой медного всадника (ассоциацию провоцировал цвет волос) нависал над прилавком, то это производило впечатление. Ничуть не меньшее, чем сверкающие коронки из благородного материала. Даже многие годы проживания вне границ города, почитаемого самим Остапом Бендером, не пригасил в нем бобруйского самоощущения. Форс, что называется, держал.
К примеру, в связи с этой щедро вылепленной природой фигурой вспоминается забавный сюжет. Поскольку проходил очередной чемпионат мира по футболу, даже дату хорошо запомнил — 1966 год.
К этому времени с телевизорами было ой как не густо. Да что там не густо… Один-единственный на весь населенный пункт. Его счастливый обладатель — маляр из местной строительной организации. Качество вещания ужасное. Но все-таки несколько благостнее для горделивого  чувства, чем огромный  черный радиорепродуктор в городском парке. Тут же оставался хоть какой-то шанс узреть, как сэр Бобби Уарльтон по-волшебному обращается с мячом. Радиоточка даже с приятным тембром спортивного комментатора Вадима Синявского такой возможности напрочь лишала. Вот так и появился на одной из улиц первый телевизор.
Но дом не резина — не растянешь. Всем желающим никак внутрь не попасть. И тогда хозяин принимает мудрое решение. В тот момент ему больше всего подошло бы библейское имя Соломон. Открывает окно и ставит на подоконник телевизор экраном на улицу. Собралось что-то около сотни народа. Наиболее предусмотрительные и основательные «десантировались» с прихваченными из дома стульями. Это несмотря на то, что видимость «архискверненькая». Ретранслятор далеко. На профессиональном языке регион считался зоной неуверенного приема. Телеэкран сполна подтверждал закономерность версии. Помню, кто-то сколь смачно, столько и остроумно пошутил: «Что поделаешь, Англия! Родина туманов…»
Вот и перемещались игроки по футбольному полю, как рыбы в аквариуме. Но удивительна способность телеболельщиков что-то видеть, как-то комментировать почти неувиденное.
Однако толпа есть толпа. Особенно столь специфическая, эмоциональная ее разновидность. Время от времени в ней проходило  движение наподобие броуновского. Сие особенно нервировало ту часть публики, что по-удобнее устроилась на стульях. Мол, мы своим житейским опытом за-служили большего уважения к себе.
Словом, партер и галерка то и дело обменивались отнюдь не джентльменскими репликами. Особенно изощрялись  в остроумии приехавшие на каникулы студенты. То и дело провоцировали консерваторов футбола и бытия едкими замечаниями в их адрес. И когда один из них «зарисовался» особенно резко и явно, на авансцену вышла колоритная личность Семена из «железного» магазина. До сих пор в общих чертах помнится его историческая фраза, адресованная самодовольному пижону. Она запечатлелась по-бабелевски величавой и почти классической.
— Ну чего ты лыбишься, фраер? ! Думаешь, очень умный… Так мы таких умных видали (следует ненормативная лексика). Или давно по физиономии не получал? Еще немного, и я смогу доставить тебе это удовольствие. Когда мне было столько лет, сколько тебе сейчас, то мне в Бобруйске приходилось делать такое не один раз (снова ненормативный посыл). Не веришь — поедь и спроси, кто такой Сема рыжий. И тебе обязательно расскажут, что он может делать с придурками. А то стоит и корчит рожи. Нарвешься, парень… Только потом не говори, что Семен тебя не предупреждал. Ты меня понял, «идиёт»?
Да, наверное, сильно вывели из себя, если автором тирады стал совсем не гневный, а весьма добродушный человек. А вот поди ж ты…
…Кстати, он и умер как-то по-гусарски. Немногим за сорок, внезапно. В контексте своего неугомонного темперамента. Упал прямо за карточным столом, как бы наглядно подтвердив, что жизнь — игра.
Русский царь Иван Грозный тоже умер во время игры. Правда, в шахматы. На порядок выше интеллектуально. Поэтому он был государь, а Сема рыжий — продавец. Хотя бы себе и заведующий магазином.
…О, если бы знала встреченная мной школьная подруга, сколько и каких воспоминаний промелькнуло в несколько мгновений. А что касается какого-то особого взгляда, то бывают вещи и явления слишком очевидные, не требующие искривления ракурса. Да живите вы после похода в ЗАГС хоть в Мариуполе, хоть в Рио-де-Жанейро. Главное, чтобы в ладу с собой и друг с другом. Вот тебе тут и весь особый взгляд. Вся нехитрая «технология» совместного проживания, узаконенного штампом в паспорте.
Что ж касается города, о котором речь, велик соблазн дожать тему анекдотом. Больно уж в «масть». Один мужчина жаловался, что ни в Москве, ни в Минске, ни в Киеве, Санкт-Петербурге удачных браков у него, увы, не получалось. Но вот однажды счастливо заявил:
— Недавно нашел жену в Бобруйске, и знаете, просто великолепно. Теперь буду жениться только в Бобруйске.

Наум САНДОМИРСКИЙ.